Ирина (Искра) Курганова. Глубина бездействия

Для кого важна хитовость — для музыканта или для слушателя? Как воспринимать бездействие и тишину? Почему распадаются группы и можно ли излечиться от потери? Какого цвета музыка? Об этом рассказывает Ирина (Искра) Курганова.

— Ира, расскажите о своем новом альбоме в сети «Глубина бездействия». Как записывался, какие песни вошли?

— В декабре 2015 года я выпустила одноименный сольный альбом на диске. Тираж был ограниченным, а я так гордилась своей самостоятельной, без группы, работой, что обратной связи от слушателей мне все время казалось мало, хотелось расширить аудиторию.

В CD-версию вошло десять песен. В том числе два кавера — первый на песню Кирилла Комарова «Как будто ты любишь» с юбилейного трибьюта. Второй — на песню Кошки Сашки «Ведьма», который в итоге не вошел в трибьют, куда планировался. Также на диске была песня на стихи Бориса Заходера «Вода».

Раз уж упомянула, могу сообщить, что отправляла ее вдове поэта Галине Сергеевне Заходер, и она отозвалась так: «Вроде, неплохо получилось», что для человека такого уровня, знакомого со знаменитостями мировой музыкальной классики, — очень лестный отклик.

Так вот, сетевую версию альбома я решила сделать более «своей». Чтобы там оказались песни только моего авторства либо соавторства с моими подругами и приятелем. В итоге туда вошли семь песен с CD и бонус-трек, песня «Пузырь», который в таком виде нигде ни издаваться, ни исполняться не станет.

Запись альбома растянулась на три года, сперва из-за моего личного и творческого кризиса, спровоцированного расставанием с музыкантами, с которыми работала и записывалась до того. Потом — из-за проблем с аранжировщиками. В сумме к нему приложили руку аж пятеро маэстро звука: от оставшегося от проекта «Искра и АматЁры» Вячеслава Горлова до Дмитрия Баулина из моей любимой группы «Белая гвардия». Люблю шутить, что, по аналогии с названием моего бывшего бэнда, на этом диске следовало бы написать «Искра и Аранжировщики». Поскольку альбом дался так трудно, он мне дороже первого, хотя по относительной хитовости и уж точно — по моему авторству предыдущий обгоняет. Кстати, инсайт: хитовость важнее не для музыканта, а для слушателя. Во всяком случае, если ты делаешь, что хочешь, а не бизнесом, пусть даже малым, занимаешься.

— Почему такое название?

— Название возникло — не поверите, из перепоста в соцсети! «Как будет называться твоя книга?» — и складываешь заглавие из инициалов, что ли, или даты рождения. У меня вышло: «Мир в глубине бездейственности». Корявое слово поправила, я же редактор-корректор по способу заработка. А про мир… сочла, что это я, «Ирина» — «мир» по-гречески. Получилась «Глубина бездействия», словосочетание, лучше которого про выносящий тебя на новую высоту кризис и не скажешь.

— Как вы воспринимаете бездействие и действие, тишину и звук?

—Меня каждодневно по сто раз мотает между противоположностями, так что, и то, и другое, если своевременно и согласно желаниям тела и души, воспринимаю с энтузиазмом. Но покамест неодинаково. Если в глубину бездействия и тишины нырять осмеливаюсь и учусь, то действия и звуки мне нравятся далеко не все. Вот если дойти до уровня любви к перфораторным трелям, нойзовой музыке и преступникам с развязывателями войн, это полный дзэн. Однако, я ни на такой уровень, ни в дзэн не собираюсь, примерно представляя пределы своей компетентности.

— Какие перемены произошли с вами во время создания второго альбома?

— Стала блондинкой! Шучу, хотя и это тоже.

Началось, как уже упоминала, с распада группы «Искра и АматЁры». Тут придется поподробнее. Для меня командная работа и сотворчество возможны лишь с близкими людьми. Предыдущую группу, хотя она была баловством, но лично меня направила по нужному руслу, организовала с подругами в почти подростковом возрасте. Расставание с ними было столь болезненным, что я… просто решила никогда больше не играть в группе. Но через каких-то одиннадцать лет и совершенно по другому принципу организовались «АматЁры». Незнакомые мужчины на 10-12 лет меня старше просто поставили перед фактом, что играем в команде! А мне так хотелось записать альбом, что согласилась.

Но это оказалось непросто. Притираться характерами приходилось по ходу песен и записи. Только через год мы достигли полного три-единства, стали понимать друг друга без слов, чувствовать спиной, действовать в лад, предлагать одни и те же идеи хором. Но такое сближение между противоположным полом оказалось попросту опасно. Я, каюсь, была не в курсе такого риска. И грянул гром в лице шантажа в одной из семей (а мы все не одиноки)…

После распада у меня реально было чувство, что умер кто-то близкий! И так обидно, столько в себе пересмотрела и переломила ради создания совместного творческого пространства, а это оказалось не нужно. И назад после всего не могла, и вперед. Думала, все, в музыку не вернусь, хотя незаписанных песен предостаточно. Потом решила, что и думать мне пока вредно. Позависала некое количество времени в бездействии. Спасибо близким, я была просто невыносима, и выдержали полностью меня в тот период только те, кому некуда деваться. Написала все, что думаю и чувствую, в повесть «в стол», чтобы в песни это не тащить, — и устроила себе психотерапевтический марафон, который и сейчас не закончился, надеюсь: то групповые тренинги, то онлайн-формат, то индивидуальная работа. Сдвиги случаются по всем фронтам, и, чтобы выразить это как-то внешне, блондинистость и понадобилась. В результате я записалась с крутыми в российском масштабе аранжировщиками, а не с первыми предложившими, как до того; вот вам интервью даю откровенное и без пощады к себе, а не по пензенскому телеканалу ресницами хлопаю, когда словами мужчины отдуваются; вылезаю на сцену не только платье и прическу показать, но и что внутри; пишу не пять куплетов с припевами, а три с простыми, но по возможности дающими широкие ассоциации словами… И даже сыграла на одной сцене с кумирами на «Фестивале Одиночек».

— Какие песни были исполнены на «Фестивале Одиночек»? Какие эмоции там испытали, как реагировали зрители?

— На одном из тренингов ведущая сказала: «Когда описываете ситуацию, добавляйте «мне кажется». Так вот, мне кажется, я сделала все, что могла, с ресурсами, которые были у меня на тот момент. Нарочито упростила свою программу (журналист с одного музыкального портала написал наоборот — «перемудрила»!), дабы не грузить, материал все-таки полностью для аудитории незнакомый. Оставив сложную по смыслу только одну песню из пяти. Четыре вещи были из первого альбома, про относительную хитовость которого уже говорила, и самая полюбившаяся Интернет-аудитории, «Капучино», из второго.

Я стараюсь выходить к людям с тем, что есть, не симулировать радость или наполненность, если их нет. Каждый раз риск. В этот, слава Богу, не была ни пустой, ни отрицательной. Немножко на энергосбережении играла, но осознавала, что, значит, так надо: еще второй день предстоит — а слушателем я тоже пашу и духовно, и физически, почти наравне с музыкантами, — да и домой потом добираться за две тысячи километров.

Мне виделись понимающие лица, и впервые в жизни, если не считать игру в группе периода достижения единства, я почувствовала, что не одинока со своей музыкой.

Главные открытия с разным знаком ждали меня 25 февраля, и в этой связи крайне рада, что фестиваль шел не один день (или что я сама выступала не во второй).

Фотограф Елена Молодцова

— Опишите свою музыку красками — какая она?

— Разноцветная! Как цветная фотография, передающая игру света и тени, на предметной или микроскопной съемке. Когда обычный волосок или капелька предстают, как целый сложный и прекрасный мир.

Либо как видеосъемка timelapse, которая показывает в как бы ускоренном воспроизведении один и тот же пейзаж в разное время суток или года. Тоже, в общем, взаимодействие света и тени, но в другом масштабе.

— Какая философия в жизни помогает реализовать себя? И передаете ли вы это через песни?

— Наверное, винегрет из «съедаемых» книжек и фильмов и мыслей, возникающих по их поводу, не может не отражаться на песнях. Но именно отражаться или мелькать, а не передаваться напрямую. Не люблю я, когда музыку используют как рупор. Этак получается летовский парадокс: «Агитатор, учи меня думать». У меня и любого слушателя и своя голова на плечах есть. Другим не запрещаю, само собой, но сильно довольна не буду и сама агитировать не стану.

Единственное знамя, под которое готова встать, причем, продолжаю носить символику с подросткового возраста, — пацифизм. А единственное неизменно близкое мне философское учение — детерминизм (что все взаимосвязано и имеет свои причины). Остальное проходит вспышками и периодами.

Но некий вектор концертами, безусловно, задается. Сам факт приглашения поиграть — удар по рутине. Потому на выступлении всегда выхожу за рамки зоны комфорта и пытаюсь позвать туда других, вдруг вместе что интересное найдем. Кто выйдет, находит. Однако, все сугубо добровольно, я, если чуть-чуть и пастух человеков, то не как учитель, а как поросенок Бэйб из фильма.

— Как близкие реагируют на вашу музыкальную деятельность — альбомы, концерты, интервью?

— Сейчас — положительно в основном. А в молодости и тинейджерстве я лезла к творчеству через такие дебри и выборы, почти как в «Поющих в терновнике», каких почти никому не пожелаю, кроме откровенных недругов… При полном отсутствии связей с музыкальной тусовкой Самары и неимении Интернета веселуха была та еще. Не год и не два, а семь-десять. И краткими вспышками на беспросвете — игра для трех человек на кухне у племянницы и редкие ободряющие комменты музыканта, которого считала своим учителем.

Потом с появлением Интернета в меня поверила виртуальная подруга, что на тот момент меня и не видела, — и получились концерты в Пензе и Самаре. Для организации первого самарского концерта мне посоветовали создать свое сообщество и записать хоть вчерновую несколько песен для демонстрации, с этим помог хозяин зала для выступления. На самом концерте подошел человек и предложил помощь, впоследствии оказавшуюся группой «Искра и АматЁры». Там же познакомились с самарской блюзвумен, с которой с тех пор эпизодически играем друг у друга на разогреве. Моя бывшая одногруппница сосватала своего соседа в качестве владельца домашней студии. А еще с одной виртуальной френдессой из Пензы мы подружились в реале и стали вместе сочинять песни и делать музыкально-поэтические вечера…

Таким образом, благодаря капельному поливу человеческого участия (и высоких технологий тоже, да) удалось не завянуть, а, наоборот, доказать, что и моя музыка имеет право на существование, да еще порой может служить предметом гордости.

— Когда ваши песни трогают и меняют настроение слушателей — чувствуете свою ответственность за творчество?

— Да, конечно. Аж до комплекса спасателя и абсурда, когда хочется после концерта всех догнать и спросить: «Вы меня правильно поняли? Давайте объясню, как надо…». А то приходит отзыв от старого приятеля, мол, «Глубина бездействия» — депрессивный альбом. А он для меня — путь на свет надежды! Расстраиваюсь. Мало кто, как оказывается, знает, что дорога к мажору и оптимизму — в миноре, и никак не в обход. К мажору настоящему, а не «пазитиффчику», льющемуся на нас из всех утюгов.

Фотограф Елена Молодцова

— Что бы вы пожелали самой себе на творческом пути? Какой быть, как действовать, реализовываться, творить…

— Профессионализма и пофигизма! Стареть помедленнее, жить подольше. Закрывать гештальты сразу же или как можно быстрее. Понимающих лиц в зале побольше. Не занижать планку и не упрощаться. Ну, и денег и славы, само собой.

— Что для вас — мудрость? Считаете ли себя исполнителем, который несет некое мировоззрение в массы?

— Мудрость для меня — психологическая зрелость. Мне до нее далеко, особенно как исполнителю. Но когда по ряду вопросов ко мне обращаются как к человеку за советом или поддержкой, точечно нести что-то похожее выходит, надеюсь.

Хотя после прочтения моего интервью порталу «Соборище» и прослушивания нескольких песен одна знакомая с удивлением заметила: «Ты заставляешь задуматься о том, о чем в обычной жизни забываю». Может, что-то и как у музыканта стало получаться.

— Какие ценности присутствуют в вашей жизни?

— Отношения с людьми, природа, свобода, красота, Бог или что-то, что «над». Искусство вообще. И где-то наравне с Богом, потому что слышу Его в основном через нее, — отдельно музыка.

— Во что же вы верите?

— Слепо и безоговорочно — ни во что, к сожалению. В детстве с внезапной трагедией рухнуло базовое доверие к миру, а это не восстанавливается, даже психологи говорят. И теперь я не верю, а надеюсь — на Бога, на музыку и на лучшее в мире и людях.

vk.com/club17239715

Ирина (Искра) Курганова. Глубина бездействия: 1 комментарий

  1. Иринка, ты молодец! Все у тебя получится. Только вперед!)))

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *