Катрина Гридина. Практика перформанса

Катрину я знаю давно — я случайно попала на её день рождения, это было 6 лет назад. Обычная встреча девушек в какой-то арендованной йога-комнатке. Я — журналист, модель и поэт, и я часто попадаю в незнакомые места ради встреч с творческими людьми. Так вот там она сказала: «Я решила, что теперь моя жизнь будет другой». И это звучало правдиво. Это было не пафосным заносчивым лозунгом, а честным искренним решением.

Я тогда этот запах правды уловила сразу же. В то время я тоже сделала шаг в сторону перемен — я начала делать свои поэтические перформансы, решилась показывать миру, что у меня внутри. Наши пути больше не пересекались. Но с тех пор я просто слежу за тем, как её жизнь удивительно трансформируется. Появились её авторские перформансы «Искусство Быть», путешествия, потом встреча будущего мужа, беременность, рождение дочки. Всё это я видела через соцсети, но было ощущение, что я смотрю некий увлекательный перформанс под названием Жизнь. Сейчас я говорю по скайпу с Катриной, она во Франции, её 7ми-месячная малышка спит, и талантливая мама говорит со мной тихим голосом, полным эмоций, вдохновения, любви…

— Мне хочется рассказать про перформанс вообще и про особый к нему подход, который я практикую в нашей, существующей уже более шести лет, школе. Мой перформанс — это частный случай, и он довольно сильно отличается от того, что под этим словом подразумевают в мире современного искусства или психологии.

— Так что такое перформанс?

— В самом общем прямом смысле слова — это представление, выступление.

Это существующий чуть более 100 лет вид современного сценического искусства, в котором, несмотря на схожесть формы, есть ряд существенных отличий от театрального представления. В перформансе рождение действия происходит непосредственно в присутствии зрителя. Перформер не заучивает и воссоздает чьи-то чужие истории, написанные литераторами или сценаристами, но импровизирует и делает видимым себя.

Я выхожу на площадку и всё, что происходит —не про абстрактных героев, но про реального меня: это мои истории, это мои чувства, это мои переживания, мои идеи, моё тело, мои страхи, мои фантазии, мои отношения со зрителем. У меня нет возможности и нет задачи прятать или оставлять всё это для «более удобного случая», всё это происходит прямо здесь и сейчас перед людьми, сидящими в зрительном зале.

Помимо импровизации, основное в нашем проекте— это очень честное переживание реальности. Я выхожу на площадку перед людьми и знаю, что они есть. Я не пытаюсь от них абстрагироваться, я не пытаюсь, как иногда учат на актёрских курсах, представлять, что зрителей нет или что в зале сидит и поддерживает меня моя мама. Нет. Я выхожу перед живыми людьми, становлюсь видимой, и со всем, что есть у меня, я остаюсь максимально насколько возможно — честной. И это вызов.

— Как думаешь, кто рождён для того, чтобы заниматься перформансом?

Знаешь, в этом мире есть люди, которые понимают, что у них есть внутренняя жизнь (мысли, ощущения, идеи, мнения), которая может вовсе не совпадать с внешней, но это их не беспокоит и никак не волнует. Они просто с этим живут.

И есть люди, у которых есть большая потребность быть выраженными. У них есть ощущение, что внутри происходит больше, чем снаружи, и это «большее» каким-то образом неумолимо зудит и распирает их изнутри.

Это люди тонкой душевной организации, глубоко чувствующие, артистически сложенные, художественно-ориентированные и эстетически-подкованные. Чаще всего это люди, у которых есть какой бы то ни было талант (пока не очень развёрнутый) и непременное образное мышление. Вот, например, что-то случается в жизни у меня, и я пойду напишу стихи, у моей сестры что-то случается в жизни, она просто пойдёт выпьет текилы с подругой в клубе. Это два разных способа проживать реальность, реагируя на одно и то же событие.

Для таких людей, к кому отношу себя и я, отсутствие пространства для выражения является в какой-то степени губительным, потому что мы переполняемся и начинаем подгнивать. Мы начинаем в себе что-то там варить, морить, копошить, и пока мы это в какой бы то ни было форме не выразим, оно планомерно подкисает. Все переживания, все впечатления, которые мы впитываем из мира, начиная с рождения и заканчивая сегодняшним нашим разговором, у нас перерабатываются в некоторую образную реальность, требующую быть воплощенной и разделенной с другими.

Я иногда мыслю стихами, чаще — танцем или текстами, в которых есть метафоричность и художественность. И при этом есть невыносимая жажда правды. Вот и ты, например, хочешь не просто создать стихотворение ради того, чтобы создать стихотворение и пойти продать его, а потом купить себе туфли, потому что ты знаешь, как складывать слова в рифмы. Ты хочешь создать стихотворение, потому что это твой способ осмыслять реальность, быть с ней.

Для меня свободный танец и слова — это способ проживать реальность и выражать то, что у меня есть внутри, чтобы не разорвало. Перформанс для меня стал практикой, в которой у меня оказалось пространство для безлимитного «можно». Там можно всё — любые эксперименты, любые формы проявления. Я могу и танцевать, и твои стихи включить, могу включить запись видео, как я не могла беременная встать с пола, или просто молчать. Я могу использовать любые средства выражения, чтобы максимально точно и максимально полно выразить то, что у меня есть внутри для других людей.

Ещё одна стратегически важная вещь для тех, кто занимается перформансом в нашем проекте, это связь с другими людьми. То есть не просто писать стихи в стол, но важно, чтобы их увидели и услышали. Не просто я танцую у себя в комнате за закрытой дверью, но мне важно, чтобы мой танец был видимым. Не просто я делюсь своим опытом с одним человеком, но у меня этого переживания и опыта так много, что у меня есть потребность разделять его с большим количеством людей, и у меня есть эта потребность во внимании и признании. И в этом смысле импровизационный перформанс в нашем проекте «Искусство Быть» как раз даёт пространство зрительского внимания. Зритель волен встать и уйти, его ж никто не держит насильно, но это переживание, что зритель остаётся и возможность услышать, каково зрителю со всем этим, это невероятно ценно. Есть живые отклики на то, что создаётся в процессе перформанса и знать их, я бы сказала — это очень сильная практика.

— Расскажи про историю создания перформанса? Насколько я знаю, он зародился в Америке…

— Да, ты права, он появился более ста лет в штатах. Он развивался как противопоставление взглядов перформеров обществу, как вызов и провокация, как акции социального и политического толка. Перформансы были демонстративны, а художники-перформеры стремились исследовать себя в исключительно крайних формах.

Как утверждают исследователи исторических аспектов этой темы, такие «новые направления и виды искусства смогли появиться только там, где груз традиций не был так велик, как, например, во Франции и Германии, где общество было способно принять нововведения, даже такие, которые противоречили общественному вкусу и морали. Такой страной оказалась Америка. В Америке появились первые образцы процессуального искусства. Европа не могла долгое время отказаться от изобразительности, впрочем, так же, как Россия».

В нашем случае это уже 10ое поколение перформанса, которое очень далеко от провокационного акционистского искусства и гораздо ближе к обычной человеческой реальности. Если перформанс сначала качнуло в сторону предельно драматичного, патетичного выброса из себя всего в крайних состояниях, то сейчас он, в частности, в нашем исполнении совершенно другой. Меня интересует обычный творческий человек с живыми чувствами, не с какими-то нарочито гипертрофированными формами, а с тем, что скрыто под оболочкой, что у человека внутри.

— А твой первый перформанс?..

— Я познакомилась с этим словом, когда получала второе высшее образование как танцевально-двигательный терапевт. Обучение импровизационному перформансу было частью нашей программы и одной из форм психотерапии творчеством. Там было простое задание — выйти и перед группой однокурсников постоять минуту неподвижно.. ничего не делая.. просто наблюдая за своими ощущениями во время того, как ты стоишь, а люди на тебя смотрят. Это была моя первая практика. Я поразилась феерии чувств, которые на меня обрушились в тот момент.

Меня сначала трясло перед тем, как выйти. Казалось бы — выйти и постоять. Ну посмотрят на тебя люди, что тут такого. А у меня дрожали колени и потели все возможные места — мне просто было откровенно страшно, стыдно, тревожно. Когда я вышла на площадку, сердце у меня колотилось так, что я думала, у меня случится инфаркт.. лишь от того, что на меня смотрят люди. Люди что-то думают, и они непонятно на что смотрят: на мои волосы, на мои ноги или на мою одежду, или на мои глаза, или они сидят фантазируют о том, как займутся со мной сексом или додумывают об истории моей жизни. Или они что-то чувствуют — я им нравлюсь или им отвратительно на меня смотреть, а может, скучно и они вовсе даже не смотрят. А я стою и у меня сердце в пятках! И этот бешеный карнавал переживаний меня так зацепил и не отпускал.

А потом у нас были другие задания, и мы готовили групповые перформансы. И я восхитилась тому, насколько из ничего, из одного слова, у людей, которые не занимались никогда профессиональным театром, актёрским мастерством, вдруг создавались такие крутые, классные, смешные и трагичные представления? И это тоже тронуло меня до глубины души — ничего другого не надо, кроме того, что уже есть сам человек, который благодаря определённой практике позволяет себе выражать себя и быть в творческом потоке. С этого момента меня понесло, я стала ходить заниматься импровизацией и перформативными практиками к разным учителям.

Вскоре после, обнаружив, что в метафоричном танцевальном перформансе мне очень не хватает обычных человеческих слов, я пошла учиться гештальт-терапии — это один из видов психотерапии. Здесь я нашла для себя бесценный метод того, как прямо и ясно облекать свои чувства в слова. Но в психологических группах моей артистической натуре не хватало творческой жизни и многообразия, а телу очень не хватало движения. Пришлось изобретать новое — всё, что я знала из танцевальных, двигательных, массажных, психотерапевтических и сценических практик, смиксовала в коктейль и воплотила в школе импровизации.

Изначально Школу импровизации и перформанса «Искусство Быть» мы создавали вдвоём, но очень быстро она стала моим индивидуальным проектом. Этот метод я постепенно как бы «замешала» на всех знаниях и опыте, которые у меня были, и получился очень крутой способ, который стал помогать людям проявляться. А благодаря творческому азарту его участников это происходит очень талантливо и интересно.

— Предстоящий перформанс будет посвящён материнству?

— Как и любые другие перформансы — мои и моих учеников — предстоящее выступление растёт из реальности. За месяц до свадьбы и после 13 лет уверений врачей о почти 100%ной невозможности зачатия, я узнала, что ношу в себе еще одну жизнь. Сейчас моей дочке 7 месяцев. С того момента, как я узнала, что беременна, моя жизнь делится на три больших периода: беременность, роды и первые несколько месяцев моего с ней нахождения. За это время я встретилась с каким-то нереальным количеством своих представлений о том, что такое быть мамой. Хотя мне казалось, что я «продвинутая» и ничего такого во мне нету, я поразилась, какое количество страхов, предубеждений и каких-то странных ожиданий во мне всплыло.

И всё это происходит на фоне того, что в журналах и соцсетях — у всех младенцы исключительно розовощёкие, мамы жизнерадостные и повсеместно молодые одухотворенные люди взращивают детей с возвышенной благодатью. На деле же за каждой этой фотографией и постом о счастливой жизни есть и ещё реальность.

Никто не фотографирует детей, когда они кричат, плачут. Когда я просыпаюсь ночью по 6 раз кормить ребёнка или укачивать, я ни разу себя не сфотографировала. Последние 7 месяцев я не спала больше 3 часов подряд — и этот опыт тотальной депривации сна весь со мной. Или, например, тело, которое полностью перестраивается. Я за последний год поправилась сначала на 27 кг, потом похудела на 28. И это происходит.. происходит с женским телом и женскими эмоциями. Это весело говорить про гормональные всплески, но что это на деле — это вообще отдельная история!

Моя жизнь всегда была наполнена путешествиями, практиками, разными опытами и экспериментами. Мне 32 года, но за всё это время я не испытывала более интенсивной жизненной мясорубки из красоты и ужаса, чем беременность и первые месяцы после.

— Ты хотела бы своим перформансом что-то открыть женщинам? Что самое важное ты могла бы им донести?

— Есть несколько категорий женщин, которым я хотела бы донести этот перформанс. Первая категория — это те, которые ещё небеременные. Мне сейчас пишет много женщин, прошедших когда-то мои курсы и тренинги, которые, оказывается, очень ждут моего перформанса, так как боятся заводить детей. Они боятся беременеть и рожать, потому что им кажется, что жизнь остановится после этого. Они читают мои посты в Фейсбуке, но мне «вживую» очень хочется поделиться с ними и поговорить про все эти страхи, потому что они правда есть, и они имеют перед собой основание.. или они не имеют под собой основания, кроме того, что у вас в головах.

Можно иметь или не иметь детей — и то, и другое, на мой взгляд, абсолютно нормально. Но мне кажется очень важным в обоих случаях признаваться.. лучше уж признаться в страхах, чем отпихивать их вместе со своими детьми.

Мне очень хочется поговорить с молодыми мамами, и этот перформанс — мое предложение не оставаться с невероятным потоком перемен в одиночестве. Признаваться себе и своим близким в том, что с нами происходит в этот период, так как в это неумолимое время очень важна поддержка понимающих людей.. и если она есть, этот период проживается, как прекрасное время, а когда поддержки нет — то все происходящее воспринимается как какой-то безумный ад, который будет длиться ближайшие 18 лет.

Мне очень хочется, чтобы этот перформанс пришли посмотреть не только женщины. Мне хочется, чтобы пришли мужчины, потому что беременность — это то, что происходит с тремя людьми в теле одного. А младенчество — общий живой процесс, а не просто то, что сумбурно случается с растрёпанной сумасшедшей женщиной, у которой не было ребёнка, а теперь есть.

Мне хочется, чтобы опыт стал видимым, чтобы все могли объять его, потому что он не только мой. Это будет близко каждому.

Это и есть — жизнь.


Быть мамой. Начало

Школа импровизации и перформанса «Искусство Быть» — театрально-психологический проект, открывающий особые степени свободы в творческом выражении себя.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *